Примэрия муниципия Унгень предала огласке — через видеопубликацию — случай, мелкий как деяние, но с моралью, которую учреждение хотело сделать услышанной. Вечером 9 мая, около 21.35, на автобусной остановке по улице Бернардацци 10 двое несовершеннолетних предположительно разбили камеру видеонаблюдения. После расследования и анализа записей, говорит Примэрия, их опознали, а материалы передали в Инспекторат полиции.
рано или поздно каждый должен платить за безответственность и поведение, которое проявляет Примэрия муниципия Унгень
Посыл учреждения — назидательный: «давайте беречь наш город», ведь каждое имущество создано «и на наши деньги». Но за тоном предупреждения стоит очень конкретный вопрос, который мало кто из родителей задаёт себе вовремя: если собственный ребёнок портит публичное имущество, кто на самом деле оплачивает счёт? Ответ закона яснее, чем кажется, — и в основном ложится на плечи взрослого.
Важно с самого начала — «опознали» не значит «осудили». Дело только в полиции, и эти двое остаются, до решения, несовершеннолетними, на которых действует презумпция невиновности. Поэтому мы не публикуем их имена и не воспроизводим запись, которая могла бы сделать их узнаваемыми.
Уничтожение имущества — правонарушение, а не преступление
Первая неясность — насколько «тяжко» деяние в глазах закона. Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества рассматривается Кодексом о правонарушениях (ст. 104) — это правонарушение, наказуемое штрафом от 18 до 36 условных единиц, то есть 900–1.800 леев (одна условная единица равна 50 леям), либо 20–40 часами общественных работ.
Преступлением (ст. 197 Уголовного кодекса) оно стало бы только если ущерб достиг бы «крупного размера» — порога, привязанного к средней зарплате по экономике. На уровне 2026 года этот порог превышает 348.000 леев. Остановочная камера видеонаблюдения, очевидно, гораздо дешевле, так что разговор остаётся в плоскости правонарушения, а не уголовного дела.
С какого возраста отвечает ребёнок
Здесь вступает возраст, и правило многих удивляет. За уничтожение имущества (ст. 104) несовершеннолетний отвечает сам лишь с 16 лет. До 16 лет ребёнок не может быть наказан за правонарушение — закон выводит дело из сферы штрафа и передаёт его органу местного публичного управления по делам несовершеннолетних, который может применить воспитательные меры.
Иными словами, если этим двоим больше 16 лет, каждый может получить штраф 900–1.800 леев; если они младше — штраф к ним не применяется, но это не значит, что деяние остаётся без затрат. Потому что главный счёт — не штраф, а сам ущерб.
Кто платит за камеру
Возмещение испорченной вещи относится к гражданской ответственности, и она не зависит от возраста, с которого ребёнок отвечал бы за правонарушение. Гражданский кодекс однозначен. За ребёнка до 14 лет вред возмещают напрямую родители (ст. 2008), которые освобождаются, только если докажут, что не были виновны в надзоре или воспитании. За подростка 14–18 лет отвечает сначала он сам (ст. 2009); но поскольку у несовершеннолетнего редко есть «достаточное имущество или доходы», ущерб субсидиарно ложится всё равно на родителей. А возмещение производится либо в натуре — то есть установкой новой камеры, — либо выплатой стоимости.
Есть и ещё одно звено, о котором легко забыть. Независимо от того, что грозит ребёнку, родитель может быть оштрафован и сам напрямую — за невыполнение обязанности надзора, приведшее к общественно опасному деянию: от 450 до 900 леев (ст. 63 Кодекса о правонарушениях). Коротко: за камеру, разбитую несовершеннолетним, семья может заплатить дважды — один раз за починку, один раз — штраф за надзор.
«На наши деньги»
Именно отсюда обретает смысл финальная часть посыла Примэрии. Остановочная камера — не чья-то частная вещь, а публичная инфраструктура, оплаченная из местного бюджета, то есть из денег всех унгенцев. Когда её уничтожают, ущерб — у сообщества, даже если по закону счёт возвращается к семье того, кто её испортил.
Это не первый подобный призыв местных властей. На прошлой неделе мы писали и о несовершеннолетних на мотоциклах по сёлам района — там тоже штраф ищет в первую очередь взрослого. Общая нить одна — ответственность за то, что дети делают на дороге или в городе, перед законом остаётся на родителях.
Чего пока сказать нельзя, поскольку это относится к делу, а не к закону, — это точная квалификация, которую даст полиция, и стоимость, в которую оценят камеру. Это в компетенции Инспектората полиции и Примэрии как собственника имущества.